Конечно, мы делаем добро не ради благодарности и похвалы. Просто делаем, чтобы помочь, потому что у нас есть сердце, потому что мы можем, потому что кто-то в нас нуждается. 
Но как же всё-таки приятно за все свои старания получить хотя бы одно маленькое, единственное и кроткое «спасибо»! И ведь больше ничего не надо — всего лишь одно слово, а сколько эмоций...
Странно, но только сейчас я поняла, насколько это важно — благодарить. Когда ты становишься старше и для тебя «спасибо» — это не простая формальность и акт вежливости, которую требуют родители. Когда ты слышишь это слово всё реже и реже и начинаешь постепенно думать, что ты всем вокруг обязан. 

Так странно… я стараюсь сохранять спокойствие, и не могу. Каждый раз ситуация оборачивается так, что я вновь и вновь будто бы на иголках. Я ничего не требую — ни той самой благодарности, ни ответа, ни каких-то положительных эмоций за то, что делаю. Но мне бы хотелось капельку уважения, а не оскорблений в свой адрес — я не раб и не наёмный работник, которому платят деньги за то, чтобы он батрачил да ещё и выслушивал. Даже если я понимаю, чем это мотивировано, мне не хочется быть вмешанной в ситуацию, в которой я ничего и сделать-то толком не могу, потому что это не моё дело. И это самое противное: даже когда ты никому ничего плохого не сделал, ты всё равно получаешь поджопник просто за то, что родился на свет.

Временами накатывает. Хочется сказать — ну почему я?! Я ведь так люблю свободу, я так хочу как можно больше делать, так хочу жить, стремиться, бежать вперёд, развиваться! Так почему же каждый раз нужно создать какую-нибудь подставу, чтобы связать по рукам и ногам? Почему каждый раз появляются эти неожиданные подлянки, которые выбивают из строя, когда я только-только вновь встала на ноги? Почему так происходит, если это не моя ситуация и не моя проблема? И иногда хочется плакать от этого груза, висящего на сердце. Даже прямо сейчас. Как будто тебя заперли в клетке, а ты мечешься, мечешься, грызёшь прутья, кричишь — но всё бесполезно.
И остаётся только всё принять, как есть, и успокоиться. И мало того — успокаивать других и убеждать, что вы непременно со всем справитесь. А потом сидеть в одиночестве и ждать проблеска луча солнца, потому что ничего другого не остаётся. Как бы там ни говорили эти романтики-оптимисты, которые верят, что нет такой ситуации, которую невозможно было бы изменить (мол, было бы желание), такие ситуации есть. И их очень и очень много. Особенно если у тебя есть совесть и ты не можешь идти по головам и жестокосердечно бросать тех, кому ты нужен.
Я верю, что спокойствие поможет. Но до него, опять же, надо дойти.