Я строю свой домик одиночества, в котором мне до ужаса комфортно. Да, сейчас так не принято: из зоны комфорта принято только выходить. Заходят туда только безвольные слабаки. А я не хочу. Из неё выходить. Это та зона, в которой моя психика здорова, спокойна, адекватна и способна переварить абсолютно всё. Наверное.

Я, честно говоря, не до конца понимаю, что люди вообще подразумевают под зоной комфорта. И когда даже на тренировках тренеры кричат, что нужно себя пересилить и выйти из неё — я плохо представляю, что это значит. Блевануть на пол от непомерной нагрузки — это выйти из зоны комфорта?

Когда ты систематически надрачиваешь себя на что-то, дисциплинированно и упорно, не допуская мысли бросить или пропустить, когда это для тебя не что-то на грани вымучивания, а просто — часть расписания дня, такая же естественная, как зубы почистить или кофе сварить, тогда ты перестаёшь себя заставлять. И постепенно подходишь к черте, которую просто нужно перешагнуть, сделать маленький рывок. 
И моя «зона комфорта» для остальных — это зона ужасающего, невероятного, мерзкого дискомфорта. 
А я — просто привыкла. И для меня это естественно.

Зато в других аспектах то, что делают другие люди, для меня — невероятно сложная дичь. Например, коммуникации с другими людьми. Будучи кошмарным интровертом, я работаю в аптеке, при том, что установление контакта с кем-то новым для меня — ну пиздец как тяжко. А общаться с большим количеством ненакомых людей… адище. А для кого-то это — воздух. 
И это нормально.

Для меня в последнее время общение с людьми — это чисто игра. Конечно, исключение составляют близкие, которым я доверяю и в которых уверена. Остальные же… стали какими-то… странно ненастоящими. Я чувствую это распределение ролей, каждую из которых мы играем по необходимости. И воспринимаю я это именно так. Может, потому, что так мне легче не принимать никого всерьез. 
Часто закрытость путают с высокомерием, но они не имеют ничего общего.
Просто кто-то, как я. Гораздо легче закрыться и никого не впускать, чтобы потом не зализывать новые ранки. Держать людей на расстоянии. Многим такой расклад не нравится, задевает, а потому в чужих глазах ты становишься высокомерной мразью, которая считает ниже своего достоинства общаться с кем-либо на равных, хотя это совсем не так.

Так вот, я строю домик из одиночества. Конечно, оно не тотальное: у меня есть семья, друзья, которые каждый день делают меня счастливой (иногда — несчастной, но это стоит тоже воспринять как естественный ход вещей). А все другие чувства к кому бы то ни было я обрубила.
Но как так? Разве такое возможно? — оказывается, да. Поразительно, но заставить себя Не чувствовать — это не то чтобы слишком сложно. Всего-то надо сотню раз обжечься — и всё, на месте чувствовалки остаётся лишь опалённый участок, который, как не трудно догадаться, любую чувствительность потерял.